✉ mikolaychuk@gmail.com

Фантастический рассказ “Ониристы”

В будущем, 95% человечества, живет в адаптированных под новые условия городах на побережье. Высокие технологии позволили одаренным, творческим людям — ониристам, создавать увлекательные миры, в собственных грезах и подключать к ним фанатов.
By StoryMaker
От StoryMaker

— Почему я не могу узнать его имя?! Я имею право! Я подам на вас в суд!

Женщина лет пятидесяти стояла перед диалоговой панелью на здании корпорации «Вэйпур». Вся улица была заполнена людьми ее возраста.

— Ну пожалуйста, — последнюю фразу она сказала жалобным голосом.

— Мы не раскрываем персональные данные ониристов, это противоречит политике компании. Вы слишком взволнованы. Успокойте дыхание, выпейте воды.

Голос ассистента был пронизан нотками заботы. В нише появилась бутылка воды.

— Корпорация «Вэйпур», дарит вам, гостевое подключение.

Женщина молча отошла от диалоговой панели и стала пить воду, ее место занял мужчина и принялся также кричать на робота.

Здание корпорации «Вэйпур» находилось у самой границы Гэстона. Город площадью 3,14 кв. км был похож на идеально круглое озеро. Улицы, словно дорожки для плаванья.

Абсолютно гладкая, светонепроницаемая поверхность каплевидных небоскребов. В зависимости от угла зрения, город постоянно трансформировался.

Здесь не было гостиниц, ресторанов, транспорта, парковок, не было полиции, муниципальных служб.

Когда миллионы жалобщиков соседнего мегаполиса покидали пределы Гэстона — улицы города становились безлюдными.

Как только мужчина закончил орать и взял бутылку воды, каждый человек в очереди получил сообщение с доступом в асцензионал архива ониристов, и извинениями от корпорации «Вэйпур».

Работа терминалов обратной связи заканчивалась ровно в 18:00. Жалобщиков попросили соблюдать зак

он, взять воду и покинуть пределы города до 20:00.

Ритуальная поездка в Гэстон, была обязательной для всех жителей прибрежного сектора №65001-U.

Плиты тротуара разъехались, открывая гейты хайперлупа.

Возле каждого входа появились терминалы с бутилированной водой.

— Слушай, а ведь совсем недавно была виртуальная реальность, очки, смартфоны, компьютеры…

Макс — мужчина, с всклокоченной шевелюрой, говоря это взял бутылку и ковырнул носком бетонную плиту.

— Ага, и приставки, у меня была «плойка», — сказала Варя — худощавая женщина со сросшимися на переносице бровями.

— А у меня не было очков, никогда, херня это все. — добавил высокий, худосочный Мартин, и глубоко вздохнул. Он перестал участвовать в разговоре, пытаясь представить, как доберется домой и вознесется.

Гостевое подключение к асцензионалу ониристов, давало право одной авторизации взамен на одну зарегистрированную жалобу. Для жителей побережья — это был единственный способ подключения к архивным сеансам.

Мартин требовал доступ к онлайн сеансам, в этом состояла его жалоба.

Сейчас он чувствовал себя очень глупым. Предстояло выполнить элементарную задачу — зайти в двери хайперлупа, сесть в кресло и пристегнуться. Для совершения всех этих действий ему нужен был скрипт, руководящий ориентированием.

Скрипты подгружались автоматически, обеспечивая высокий процент интуитивного поведения, но Мартин все равно задумывался, при передвижении на местности.

Ему было пятьдесят лет, и Мартин знал, что большую часть жизни его поведением руководило подсознание, а не скрипты. Модификация мозга нарушила природный ход вещей. Его гибридное тело ограниченно функционировало в окружающем мире, но позволяло ощущать вознесение каждой клеточкой.

Сейчас, стоя в очереди, когда его воображение отказывалось рисовать картинки ближайшего будущего, Мартин немного злился, но предвкушение вознесения, вскоре полностью нивелировало весь негатив.

Голову Мартина, окутал свинцовый туман, закрывающий образы: эскалатора, турникета, вагона. Эти слова ничего не вызывали в его памяти, кроме характеристик свойств предметов.

— Как у тебя с работой? — спросил Макс Варю.

— Никак! Зачем ты спрашиваешь?

— Прости. Надо же о чем-то говорить, — промямлил он.

— Сволочь она!

— Ну да, точно, — согласился Макс.

— У меня была работа! Отличная работа. — не унималась теперь Варя. — Я была счастлива, пока эта гадина не «развела» меня своими обещаниями. Тварь!

Макс слышал эту историю тысячу раз, ему нравилось, когда Варя злилась.

— Она захотела, чтобы я смотрела за ее родителями. Няньку из меня решила сделать!

Макс предложил Варе выпить водки. Он знал, что девушка согласится. После сеанса вознесения многие буквально сходили с ума. Макс спасался сексом. Варя жила по соседству и ничего не требовала взамен.

На вокзале, проходя по аллее славы, Мартин, как обычно стал причитать.

— Какие люди, эх, цвет нации.

— Кто тебе мешает пойти на войну? — передразнил его Макс.

Он каждый раз надеялся, что Мартин психанет и запишется в добровольцы. Варя смотрела на него по-особенному. Не с восхищением, а с какой-то материнской нежностью. Это сильно раздражало Макса.

— Они настоящие герои, а кто я? — С грустью в голосе произнес Мартин.

— Иди воюй! Героями все могут быть! — не унимался Макс.

— Я бы пошел, только кому я там нужен? Я здесь гораздо больше пользы принесу.

— Какая от тебя здесь им польза? Они погибли! Их нет в живых! Им все равно, что ты тут причитаешь!

— Ничего, мы все равно уничтожим этих тварей! — Ответил Мартин.

— Кого уничтожим?

— Врага!

— А за что?

— Врага убивают потому, что он не сдается! — сказал Мартин и презрительно посмотрел на Макса.

— Куда они должны сдаться? В плен?

— Они должны дать нам свободу!

— Свободу? От чего?

— Они должны вернуть наши территории!

Мартин всегда злился, говоря с Максом о войне. Он не мог понять, что здесь не ясно. На них напали, значит надо защищать свою территорию.

Его раздражала позиция Макса, его постоянное цитирование глупых фактов.

Мартин подал сотню жалоб, с просьбой ограничения доступа к информации, которая искажает историю. Он был уверен, что из-за таких умников невозможно мобилизовать общество на войну с врагом.

Макс равнодушно относился к войне с кэнцерготами. Их появление не было классическим инопланетным вторжением. Они купили пустынную территорию Западной Сахары, сделав: Марокко, Алжир и Мавританию — самыми влиятельными странами в мире. О чем он каждый раз не ленился напоминать в разговоре с Мартином.

С помощью кэнцерготов на Англию и все страны Евросоюза была наложена контрибуция.

Цифра возмещения ущерба была очень приблизительной, так как за период многовекового разграбления континента, Африка потеряла не только ресурсы, но и сотни миллионов человеческих жизней.

Весь мир посчитал такую претензию справедливой и к санкциям присоединились страны четырех континентов.

Потом Китай и США обменялись ядерными ударами и наступила новая эра для человечества — золотой век изобилия, который закончился глобальным конфликтом.

Первая Межпланетная война с Кэнцерготией — это формальное название, так как кэнцерготы были всего лишь карликовыми гуманоидами, купившими территорию пустыни, на западе Африки.

Но на современной войне размер не имел значения.

Кэнцерготия, постепенно добивалась международного признания, придерживаясь цивилизованных правил ведения боевых действий, — используя артиллерию и стрелковое оружие, изготовленное по лицензии концерна «Калашников».

Макс сам часто подумывал пойти на фронт. Мысль о героической смерти в бою казалось очень привлекательной. Кроме того, у выживших ветеранов были льготы и онлайн доступ к военным ониристам. Максу нравилось стрелять. Вознесения не оставляли в памяти следов, только впечатления, он точно знал, что любит убивать кэнцерготов.

— Поедим? — Спросила Варя. — Не хочу сразу идти домой.

— А ты уже переехала на новое место?

Мартин решил переключить тему разговора. Его бесили нападки Макса. Он был сильным противником с крепким коренастым телом и мускулистыми руками. Ему самое место было в армии.

На мирной территории, почему-то, поддержка войны была делом добровольным, — это тоже был предмет его жалоб.

— Ну да, еще на прошлой неделе переехала. Мы теперь соседи с Максом. — Ответила Варя. — Мы в новой многоэтажке живем, на проспекте.

— Какой уровень?

— Пятнадцатый.

— Я слышал, что их затапливает.

— Ерунда! — возразил Макс, — Это первые тринадцать этажей горят.

— Доказательств нет! Ты видел, как они горят? — Вспылил Мартин. — Ты разносишь слухи!

— Ничего я не разношу! Все горит, известно ведь, что под землей скапливается газ.

Мартин жил на тринадцатом этаже и жутко боялся огня. Каждый раз садясь в лифт, заходя в комнату, он покрывался липким потом.

Горящего Мартина, иногда, рисовало воображение Макса. Он истошно кричал, размахивал руками, его лицо искажала гримаса жуткой боли. Макс мог прекратить страдания Мартина, просто открыв глаза, но никогда так не делал. У него был дар онириста. Он с удовольствием бы расстрелял Мартина, переехал танком, разорвал напополам. Но грезы не пускали его дальше сцены сожжения.

— В «МакДак»? — Предложила Варя. — И перестаньте ругаться. Мы все в резерве. Забыли? Мы все попадем на фронт, в первой волне мобилизации. Будем сражаться плече к плечу.

Мартин боялся не только огня. Высокий рост делал из него отличную мишень. При упоминании о мобилизации, у Мартина задергалось веко.

— Думаешь будет мобилизация?

— Конечно, ты что не видел новости? Переговоры зашли в тупик. — Ответила Варя. — Бои, без возврата захваченных территорий — пустая трата средств. Мы платим слишком высокую цену за то, что топчемся на месте.

— Точно, — согласился Макс. — Пора уже всем сдохнуть!

— Мы победим! Нас, во-первых, больше. Во-вторых, — это наша земля! За нами правда! — торжественно произнесла Варя.

Рестораны были забиты посетителями под завязку, поэтому пришлось заказать «на вынос».

Взяв еду, они пошли на пристань.

Берег был огражден высоким забором, за которым буйствовал океан. Шторм продолжался уже триста семьдесят шесть дней. Одесса находилась ниже уровня моря и иногда пенные волны захлестывали строения порта, как будто включался гигантский опрыскиватель, увлажняя черные стены безжизненных доков.

Мне кажется нас всех утопят, — откусив от чизбургера, сказал Макс. — Однажды ночью. Что им мешает? У меня в комнате обстановка, как на заднем сидении полицейской машины.

— Да, круто, у меня тоже, — сказала Варя, — думаешь нас смоют в океан?

— А какая разница? Мы живем на побережье, но я никогда не видел океан. Нас сюда доставили с материка, по подземным туннелям.

— Я видел океан, — сказал Мартин.

— Я о реальном океане, а не о грезах.

— Я реальный океан видел, когда был ребенком.

— Макс, впервые за время знакомства, посмотрел на Мартина с уважением.

— Ты помнишь, как был ребенком?

— Ты тоже помнишь, сам только что рассказывал о смартфонах.

— Точно, да, у меня был смартфон, — миролюбиво произнес Макс.

— Я видел океан и мертвых рыб на песчаном берегу.

— Прямо как в вознесении, наверное — сказала Варя, доедая последний ломтик картошки. — Сколько тебе было лет?

— Пять, или десять, не помню, мы отдыхали семьей.

— Это точно был океан?

— Точно, у него запах такой же, как у этого.

— Этот «Тихий», — сказал Макс.

— Все знают, как называется океан, — засмеялась Варя, — ты чудак, надо уже идти, я устала.

Девушка поднялась, Макс последовал за ней.

— Я побуду тут, мне спешить некуда, — сказал Мартин, и остался сидеть, откинув голову назад. Черная стена упиралась в небо, через нее, время от времени переливалась вода.

— Я как будто сижу на полу ванной.

— Что, — спросила уходя Варя.

— Кажется, кто-то плещется там, как в огромной ванной, а вода переливается через борт.

— Точно, ванная — это круто, — согласилась она.

Мартин остался один. Он подумал, что если бы на войне использовали промышленные мясорубки, для утилизации трупов кэнцерготов, добавляя изготовляемый мясной фарш в питательные смеси солдатских пайков, то удалось бы повысить суточную норму потребляемых калорий в войсках.

Это нововведение вселяло бы ужас в противника, кроме того, не нужно было-бы содержать похоронные бригады.

Он оформил свою мысль в двух форматах, как жалобу и предложение, и отправил в генеральный штаб.

Мартин каждый день, по вечерам креативил, подкидывая армии предложения.

Экспертиза показала всего пятнадцать процентов уникальности этой идеи. Оказалось, что в эпоху крестовых походов, благочестивые католики варили в огромных котлах и пожирали тела своих мусульманских противников.

Мартин получил двадцать балов и ему наконец открыли доступ к следующему уровню. Теперь он числился младшим копирайтером.

Новый статус позволял не поддерживать дружеские отношения с соседями по списку, в реестре жителей побережья.

Младший копирайтер должен был создавать игровые скрипты развлекательного характера.

Мартин попросил о переводе на материк, подальше от газоносных слоев и подземных городов.

Получив возможность делать расширенные запросы, он первым делом проверил контракт покупку территории, для переселения народа. Анализ выдал пятнадцать процентов уникальности. Оказалось, что в средние века, племя таджиков выкупила для этой цели территорию в горах Памира, став подданными короля Афганистана.

С кэнцерготами также надо было поступить, — подумал Мартин. — Было ошибкой признавать их национальное государство.

Мысль о том, что диалог с инопланетянами с самого начала организовывался неправильно, беспокоила Мартина давно.

Поиск выдал краткую историю Кэнцерготии. Мартин очень хотел написать скрипт для солдат, сражающихся с врагом на дальних рубежах, в африканской пустыне, как только перейдет на другой уровень.

Статья о Кэнцерготии начиналась словами признательности за спасение прибрежных городов. Оказалось, что после повышения уровня океана, пришельцы предоставили человечеству технологию, которая защитила крупнейшие мегаполисы от затопления. Сейчас, в них живет девяносто пять процентов населения планеты.

Кроме официальных данных, поиск выдал конспирологическую теорию о том, что нет никаких кэнцерготов.

В статье подробно описывался процесс проникновения зловредного вируса в компьютерные сети землян.

Мартин узнал, что появление искусственного интеллекта способного вести диалог с пришельцами, была абсолютной профанацией, люди не имели никакого отношения к созданию столь сложной нейронной сети. Это последствия сингулярности, начало которой мы пропустили.

Статья подрывала фундаментальные принципы существования человечества, называя людей низкоуровневыми ботами.

Автор рекомендовал подчиняться власти ассистентов, потому что они создали альтернативную реальность, в которой люди проявляют свои самые худшие качества.

Мартин принял окончательное решение, немедленно уехать из Одессы.

Получив разрешение от ассистента, он направился к междугороднему гейту.

Высота домов не превышала трех метров. Узкие улицы между ними напоминали лабиринт в старой игре «пятнашки».

Жилье и транспортная инфраструктура были перенесены под землю, на поверхности располагались только объекты общепита и развлекательные заведения.

В ресторанах и клубах было полно посетителей. Люди боялись жить под землей, поэтому по вечерам много ели, пели в караоке или танцевали.

Мартин с ужасом вспомнил про свою комнату.

Десятиметровую «соту», давали жителям побережья, из верхнего реестра. У него была кровать, личный душ и туалет.

Тринадцатый уровень обеспечивал безопасность, при ядерном ударе и давал быстрый доступ к поверхности, в случае чрезвычайной ситуации внутри убежища.

Гейт хайперлупа на материк — находился у «Подножия Потемкинской лестницы». Так называлась небольшая площадь, прилегающая к докам.

От старой Одессы остались только воспоминания.

Мартин сделал запрос и получил цитату: «С тревожным и радостным чувством спустился я с одесской горы, в этот постоянно волнующий меня мир порта — в этот усеянный мачтами город агентств, контор, складов, рельсовых путей, каменного угля, товаров.»

Мартин с тоской посмотрел на плоский, пустынный пейзаж современного города и сделал запрос источника. Автор цитаты: Бунин Иван Алексеевич.

Мартин был уверен, что уже видел в грезах старую Одессу, с ее костлявыми, портовыми кранами и обрывистыми берегами. Но вознесение никогда не оставляло четких воспоминаний, потому что из-за них, люди испытывали жуткую клаустрофобию в реальной жизни.

Здесь было очень тесно, несмотря на бескрайние просторы плоских городов.


Время в пути: 5 минут 38 секунд.

Мартин получил звание — лейтенант, и распределение в прифронтовой город Кыйив.

За его высокими стенами простирались зыбучие пески Западной Сахары.

Казармы 10956 пехотного батальона располагались в устье реки Лыбидь.

На берегу, Мартин насчитал восемь пулеметных точек, и двенадцать брустверов из мешков.

Командир Мирча Эванс — высокий, немного сутулый молодой человек, выписал Мартину ордер на три скрипта. Батальон только что сменил место дислокации, и он должен был обеспечить развлечения первым отпускникам.

Мартин радовался, глядя на холмистый пейзаж города. Солнце уже село и до начала комендантского часа оставалось тридцать восемь минут.

Времени было навалом, он облокотился на бруствер и связался с Варей.

Асцензионал копирайтеров предполагал тестовые сеансы, для саморазвития.

Варя, после подключения, долго смеялась, потом поздравила Мартина с переводом на материк.

— У тебя настоящая работа. Ты молодец, — сказала она, прогуливаясь вверх по извилистой улице. — Красивый город. Поднимемся над облаками?

— Там линия фронта, — сказал Мартин. — Военная тайна. Ты ничего не увидишь, только туман войны.

— Ладно. — Варя рассмеялась. — Ну, не щекоти! Макс!

Мартин отключил девушку. Он представил, как Макс ласкает Варю, как гладит ее грудь, целует пухлые губы на костлявом лице. Три скрипта были написаны мгновенно. Мартин впервые дал волю своим чувствам. Секс с Варей был долгожданным и невероятным. До этого момента он сам не подозревал насколько сильно влюблен в эту девушку.

Мирча Эванс с завистью посмотрел на отпускников.

— Вы отлично справились! Свободны лейтенант! — обратился он к Мартину, который неожиданно быстро сдал тест на профпригодность, его рейтинг увеличился на десять балов.

Асцензионал Мартина получил порядковый номер №572. Он посчитал это число, для себя, счастливым.

Комната лейтенант-копирайтера, в казарме, выходила окнами на реку.

На противоположном берегу возвышался частокол небоскребов.

В Кыйив, со всего мира прибывали новобранцы, и прежде чем попасть в регулярные войска, они, по закону, получали право на вечную жизнь. Для этих целей, в городе разместили пятнадцать зон, где их личности архивировались соответственно с религиозными убеждениями, и помещались в облака богов.

Мартин должен был адаптироваться, прежде чем приступить к своим обязанностям.

Тест он прошел на отлично, теперь в его память загрузили пять тысяч девяносто нестандартных локаций. Воображение Мартина сказочно обогатилось.

Опубликовали график ведения боев. Перемирие закончилось.

Голова Мартина раскалывалась от боли. Прежде чем вознестись, он еще раз подумал о Варе.


Это было первое утро за много лет, когда Мартин не поехал в Гэстон. Странное ощущение, когда все время дня, ты не должен проводить в очереди.

Мартин с благодарностью вспомнил, что корпорация «Вэйпур» обеспечивала своих клиентов вкусным питанием и развлекала в симуляторах реальности. В его профайле добавилась звездочка лояльности, за искренность.

Мартин, на секунду, чистосердечно заскучал, увеличивая свои показатели.

Пока его память не реструктурировали, Мартин перебрал приятные воспоминания. Все они, в основном были связаны с Варей.

Мартину нравились ее стройные, худощавые ноги и хриплый голос.

Пару раз Мартин пытался даже ухаживать за Варей, но Макс всегда его опережал.

Ему было больно думать о них двоих, как о паре. Почему Варя выбрала именно Макса, Мартин не понимал. Он больше подходил ей. Макс скоро попадет на фронт, погибнет или станет ветераном. И в том, и в другом случае, с Варей они больше не встретятся.


Младший копирайтер должен был создавать игровые скрипты развлекательного характера. Мартин триумфально прошел тестовое задание. Прежде чем вступить в должность ему предстоял инструктаж у военного ассистента.

Адья назначила встречу на ступенях православного храма, в историческом центре Кыйива.

Мартин шел к нему пешком, вверх по змеевидной улице.

Он быстро адаптировался к материковой жизни на пересеченной местности.

Новобранцы шедшие навстречу приложили руку к козырьку. Мартин кивнул в ответ, ему нравилось носить форму, особенно его восхищали кожаные сапоги. При ходьбе они поскрипывали и издавали громкие звуки, когда железные подбойки ударялись о камни мостовой.

Увидев ассистента, Мартин сразу догадался, что находится в грезах. В реальности люди не бывают такими красивыми.

Адья парила в воздухе, окутанная прозрачной вуалью. Когда Мартин увидел ее прекрасное, обнаженного тело у него перехватило дыхание.

Адья поманила рукой, это было движение из танца. Он услышал музыку, и не смог справится с восторгом, голос Адьи слился со всеми звуками Вселенной, но Мартин не разобрал ни слова.

Адья снисходительно улыбнулась, взяв Мартина за руку, повела его в соседнее кафе, напротив храма.

— Не волнуйся, хочешь кофе? — сказала она.

— Спасибо! — поблагодарил Мартин.

— Отлично! Какая самая могущественная сила, данная человеку?

— Наивность, — не задумываясь ответил Мартин. Именно за это качество его приняли на службу. Он действительно верил, что жалобы меняют мир.

Адья посмотрела на Мартина с любовью.

— Я буду рада сопровождать тебя. С чего начнешь?

— А я могу начинать?

— Да.

— Я могу сохранится, как другие военные, заархивировать свою личность?

— Ты не будешь участвовать в боевых действиях, даже как доброволец, так что сохраняться не обязательно.

Официант принес два кофе. Адья приказала жестом выпить. Мартин не мог отвести взгляда от ее тела. Он видел обнаженных женщин, но Адья не была человеком.

— Это значит я смогу передать копию своего генома дальше?

— Да, у тебя дар, — сказала и приветливо улыбнулась Адья. — Ты уже выбрал себе женщину?

— Да.

— Хорошо. Тебе надо знать, что у Максима так же есть дар.

— Что мне делать?

— Откажись от Вари.

— Нет.

— Что ж, тогда, пожалуй, ты сможешь сохраниться, а мы что-то придумаем с твоим геномом.

Мартин с восхищением посмотрел на храм, венчающий гору.

— Скоро я встречусь с утешителем?

— После работы, — ответила Адья. — Вначале работа.


Мартин понимал, что бояться смерти глупо. У его личности будет шестьсот заархивированных копий на земле, и столько же его «я», отправятся покорять космос. Он уже доказал ценность своего генома. Но страх перед смертью не отступал. Мартин надеялся, что утешитель все изменит, что он его исцелит, сделает смелым.

Мирча Эванс предоставил график увольнительных. Мартину предстояло много работы. Его сценарии секса с Варей были на вершине списка желаний новобранцев. В первый день этими скриптами воспользовались все отпускники. Он стал популярен, и до отправки батальона на фронт, больше не получал увольнительных.

Асцензионал Мартина выдержал более десяти тысяч подключений. Пять дней он находился в коме, прежде, чем его личность была восстановлена.

Вернувшись в расположение, Мартин попал на траурную церемонию. Его батальон так и не успел вступить в бой. Кэнцерготы применили химическое оружие, обстреляв передовую линию минами с горчичным газом.

Адья сообщила, что после реструктуризации памяти останется только статистика, но Мартин помнил каждое, искаженное смертью лицо.

Встречу ассистент снова назначила возле церкви. В этот раз Мартин дошел быстро, не обращая внимания на достопримечательности. Гибель сослуживцев глубоко ранила его.

Адья не парила, а стояла на ногах. Мартину они больше не казались стройными, а просто костлявыми.

— Ты горюешь?

— Да, — ответил Мартин.

— Такое случается на войне, — сказала Адья. — Мы несем большие потери.

— Я не видел противника.

— Тебя там и не было, чтобы видеть.

— Да, но связь была.

— Это досадный сбой программы, ты не должен был переживать все это. Прими мои соболезнования.

— Кто написал этот скрипт? Они просто умирали в муках, никто не знал, как защитится, и что должен делать в случае химической атаки.

— На войне все сложнее. Солдаты сами принимают решение. Это их выбор.

— Какой выбор. Их там просто всех передушили, как крыс.

— Не всех! Не говори так! Кто-то обязательно выжил. Но будь уверен, мы отомстим за каждого. Объявлена всеобщая мобилизация. У тебя будет много работы.

Мартин перестал понимать, как все работает и спросил об этом Адью.

— Какая самая могущественная сила, данная человеку? — спросила она, но Мартин промолчал. — Что ж, ты имеешь право знать. Ты ведь человек — самое совершенное существо на земле.

Мартин посмотрел на ее костлявые ноги, потом оглянулся вокруг. Пустынная, чисто убранная площадь, уютно устроилась возле двух покатых холмов. Справа от него возвышалась церковь, слева каменная лестница, ведущая на пейзажную аллею.

— Я буду с тобой откровенна. Во всем виновата ваша тяга к достоверности. Вы уверены, что все должно быть по-честному.

Мартин вначале посмотрел Адье в глаза, потом пробежался взглядом по обнаженному телу ассистента. Она не была идеальна.

— Человека сможет удовлетворить только человек. Это правило распространяется на все области жизни и смерти, — продолжала Адья, беря Мартина под руку. — Но на самом деле, все вымысел, все происходит лишь в вашей голове. Парадокс. Ну довольно разговоров, ты должен пройти архивацию личности.

— Меня отправляют на фронт? — спросил Мартин.

— Да! Ты сможешь отомстить!

— А встреча с утешителем?

— У тебя для этого будет целая вечность.

Мартин подумал о счастье жить в грезах, но вечность больше не казалась ему достоверной.

— Что-то не так? — поинтересовалась Адья.

— Да. Вечность. — Он не знал, как спросить ее о деталях. — Теперь я сомневаюсь, что существует вечность.

— Конечно, ты ведь стал мудрее.

— Меня уволят?

— Конечно, уволят. Ты хочешь этого?

— Да. Нет. Все сложно, — сбивчиво, выдерживая долгие паузы между словами, ответил Мартин.

Он вернулся в Одессу.


Вечером того же дня, высотка Мартина сгорела, перед смертью он истошно кричал.

— Это все, что ты можешь?

— Типа того, — ответил Макс не открывая глаз.

Ассистент скептически скривился.

— Твоя заявка принята, но этого мало. Тебе надо больше общаться с людьми.

— Меня не волнуют люди, — сказал Макс. — Этот просто бесит. Надоел своим нытьем.

— Нытье это хорошо? Я могу тебя перевести в Гэстон, разбирать жалобы. Нытья в них достаточно.

— Ладно. А жить я буду где?

— А где ты хочешь жить?

— В Одессе.

— Тебе придется переехать.

— Почему? Мне здесь нравится.

— Твоя высотка сгорела. Газ. Я сожалею.

— Это произошло на самом деле?

— Все происходит на самом деле, ответил ассистент. — Это жизнь. Каждая мысль, каждый поступок несет последствия.

— Здорово! — произнес Мартин. — Значит у меня суперсила.

— Тебя мобилизуют. Армия нуждается в таких, как ты ониристах. Ты слышал о потерях?

— Да газ — это жутко.

— Мы должны отомстить! Сжечь этих тварей дотла!

Ассистент поправил фуражку. Утром ты должен прибыть в расположение 10957 пехотного батальона. Жду тебя на инструктаж, в Кыйиве.

Еще рассказы

Безголосые. Новелла I. Право на возмездие

— Алина просыпайтесь! Просыпайтесь Алина! Девушка в униформе пару раз дернула за плечо женщин…

Безголосые. Новелла II. Суд

Джени покинула площадь. Реконструкция теракта была настолько достоверна, что на обратном пути в …

Безголосые. Новелла IV. Казнь

— Привет! Джени наклонилась немного вперед.

Заказать рекламную историю, сценарий, видеомонтаж. Все виды сторителлинга.

Соцсети


Новости